27 апреля 2020
84

Хриплые крики вырвали Зою из убежища, созданного действием таблетки снотворного.

5 утра. Ее трехлетний сын Дима завывает, как банши. Он чувствует себя неважно: вчера вечером он кашлял, и этот кашель и сейчас сдавливает ему горло. Ошеломленная и потерянная, Зоя усаживает своего маленького сына на кровать, которую она делит со своим мужем Сергеем. Крик смолкает всего на секунду, но тут же начинается вновь – Дима всего лишь набирал в грудь воздуха для очередной рулады.

"Мама, мама, МААМААААА!!".

"Тссс! Все хорошо. Я здесь! Не надо так кричать, Дима".

"Больно!".

"Где болит, маленький мой?".

Крошечный пальчик тыкает в маленькую шейку. "Здесь, здесь болит!".

"Сейчас пройдет, любимый".

Она потрогала лоб сына – он влажный, у ребенка жар. Он так кричит, что может разбудить даже мертвого, – но не Сергея.

"Дима, когда ты так сильно кричишь, ты делаешь своему горлу еще больнее!".

"Больно! Больно, мааам!" - маленькие бровки Дима изогнулись и опустились вниз в гримасе гнева.

Внезапно "это" случается снова. Ее сердце начинает биться так, как будто сейчас выскочит из груди, ее дыхание напоминает судорожные всхлипы… Она отчаянно пытается скрыть свои эмоции, нацепив на лицо улыбку любящей мамочки, однако она чувствует себя действительно нехорошо. Она боится того, что в ее 35 лет у нее может случиться сердечный приступ.

"Все хорошо, маленький. Мамочка рядом!".

"Почему я чувствую себя такой одинокой?"

Как вообще Сергей может спать в таком шуме? Почему все это свалилось именно на нее? Она с завистью смотрит на дремлющего мужа и замечает, что у нее трясутся руки – отчасти из-за охватившего ее беспокойства, отчасти из-за гнева, бушующего в ее душе. Сергей часто шутит по поводу того, что он способен проспать землетрясение. "Хотелось бы мне это проверить!" - думает она.

Полтора часа спустя весь дом уже на ногах. Сергей медленно бреется с наполовину прикрытыми глазами – как буржуй, пресытившийся роскошью. О, просто замечательно, только этого ей не хватало для полной счастья: их семилетняя дочь Катя затевает ссору и драку со старшей дочерью Полиной. 

"Мама, мама, МАМА!"

"ЧТО?!" - Зоя почти кричит, и ее сердце вновь начинает колотиться как бешеное, подобно плавнику морского льва, выпившего слишком много кофе.

Эти ощущения зарождаются в ее горле – она чувствует то же самое каждый раз, когда ей хочется закричать. Но как она может такое себе позволить? Это всего лишь детская ссора.

"Это нечестно, мамочка…" - что именно было "нечестно", так и осталось неизвестным. Никто не стал выяснять это в водовороте утренних событий.

"Я люблю тебя и одновременно ненавижу"

Полине девять лет, однако иногда она ведет себя как самый младший ребенок в семье. Зоя рассказывает обо всем этом Сергею, пока тот жует свой тост и прихлебывает кофе. При этом он держит кружку так, как будто это Олимпийский огонь, а он является факелоносцем. Он просто сидит и улыбается, как будто он находится на горной вершине так далеко, что едва может ее видеть. Она беспокоится о Сергее, однако в то же время она злится на него – что весьма странно. Ей кажется, что он никогда не уделял достаточно внимания воспитанию детей.

Врождённое дружелюбие Сергея не поддаётся влиянию жизненных неприятностей или повседневной рутины, буквально высасывающей душу. Зоя вполне могла представить себе мужа, лежащего под колесами грузовика с ухмылкой на губах. Даже в этой ситуации он поднял бы большой палец к верху, как актер из рекламы, и сказал бы "Все нормально, я в порядке!" - несмотря на поломанные ребра и разорванные внутренние органы.

Однако застывшая на его губах улыбка кажется ей улыбкой покойника – всего лишь призраком оптимизма, похожим на автоматические нервные конвульсии только что погибшего существа, фальшивой и прискорбной пародией на настоящую жизнь.

"Как бы мне хотелось сбежать на "стрессовую работу"!"

К 7 утра Сергей убежал в новый день. Сбежал в город. Он работает советником по финансовым вопросам. Что весьма иронично, потому что их собственные финансы в данный момент переживают не лучшие времена. Зоя представляет себе их огромные долги в виде гигантского кита из диснеевского мультфильма про Пинноккио: он навис над их семьей, качающейся на волнах на утлой прогнившей лодчонке, он подавляет их своими размерами и грозит проглотить их целиком.

Сергей придёт домой в 8 вечера. Он работает все больше, а получает все меньше. Зоя провожает своих дочерей Катю и Полину в школу, и чувство вины больно кусает ее, как краб своими клешнями. Сделав над собой героическое усилие, достойное Геракла, она выдавливает лучезарную улыбку и машет девочкам рукой на прощание. Затем Зоя закрывает дверь и начинает говорить со своим чувством вины.

Должна ли она работать в течение дня? Но как она вообще может делать это? Может быть, она может работать на дому в то время, пока Дима занят играми или спит? Так она сможет зарабатывать хотя бы какие-то деньги и помогать своей семье. Но что она может делать? Раньше она редактировала интернет-сайты, но как же ей теперь найти время на это?

"Я не помню, когда мы последний раз занимались любовью. Почему так происходит? Может быть, это моя вина?"

Когда они с Сергеем последний раз занимались любовью? Недавно он пошутил по поводу того, что их сексуальная жизнь напоминает сексуальную жизнь двух восьмидесятилетних паралитиков,… которые никогда в жизни не встречались. Она восприняла эту шутку как упрек в том, что она не справляется со своей ролью жены. Муж сказал, что на самом деле им не о чем беспокоиться – просто так сложились обстоятельства...

Однако дело было не только в этом. Вся жизнь казалась ей… трудной. Несколько месяцев назад присущая ей энергия покинула ее, скрывшись в неизвестном направлении. Первое время она иногда давала о себе знать, но вскоре она пропала без вести. Теперь Зоя едва способна найти в себе силы для того чтобы поставить чайник и приступить к привычному для нее занятию – целый день напролет накачиваться кофеином. Она целый день держится только на нем, однако в последнее время это занятие стало дополняться новыми, все больше и больше тревожащими ее привычками.

"Я - плохая мать! И из-за этого я чувствую себя виноватой…"

"Ну почему я такая никчёмная и бесполезная? Почему я постоянно теряю контроль над собой при общении с детьми? Я – ужасная мать, я – ужасный человек!" - ее голос кажется очень тонким и слабым. И вообще, говорить с самой собой не совсем нормально. "Должно быть, я еще и чокнутая!" - говорит она сама себе, снова вслух.

Чувство вины перестаёт кусаться и переходит к более активным действиям: оно захватывает ее в плен и отказывается отпускать, и его цепкая хватка причиняет ей боль. "Я не справляюсь с ролью матери, жены и любовницы. Я даже не способна заработать собственных денег!".

Внезапно она осознает, что завидует своей сестре Дарье. Той Дарье, которая всегда была дикой и неуправляемой; студентке, которая, скорее всего, сама испортит себе всю жизнь. Той Дарье, у которой куча денег и куча времени. Той Дарье, у которой есть муж, любящий готовить и работающий из дома сам на себя, зарабатывающий кучу денег для них обоих…

Зоя чувствует острый приступ ненависти к самой себе. "Зависть – очень плохое чувство!" - она как будто слышит голос своей давно почившей матери, которая в прошлом так часто повторяла эту фразу.

Почему она не может попросить помощи у Дарьи? Почему на не способна просто попросить ее посидеть с ребёнком? Она живет поблизости, не работает, и у нее еще нет собственных детей. Сергей каждый день предлагает ей такой вариант, но почему она просто не попросит сестру о помощи? Что ей мешает? Гордость? Черт!

Слава богу, Дима спит! Во сне он дышит ровно и размеренно. Соблазнительная мысль о стакане вина вкрадчиво вползает в ее сознание подобно лукавому Казанове, который пытается затащить в постель очередную красотку. И это ее тревожит. В последнее время она начала выпивать в течение дня. Ей кажется, что она выпивает не так уж и много, и все же эта тенденция ее беспокоит. Зоя пытается бороться с мыслью о выпивке, но все же решает выпить свою полуденную порцию вина. Она убеждает себя в том, что она делает это всего лишь "для тонуса"!

Пока Дима спит здоровым сном, у Зои есть время для того чтобы полностью прочувствовать глубины своего уныния и отчаяния…

Трансформация Зои

Как Психологическому центру Мастерская Души и тела удалось все изменить...

Плач ребёнка врывается в сон Зои – милая старушка в её снах вдруг начинает кричать детским голосом, что совершенно нелогично. Вернувшись в реальность, Зоя обнаруживает, что ее трехлетний сын Дима встречает новый день истошными криками и плачем. Она пытается успокоить его. Ее маленький сын неважно себя чувствует – у него болит горло.

"Как только я начала говорить о своих потребностях, все изменилось!"

Однако ей не удаётся успокоить малыша, и она решает, что он, возможно, захочет пообщаться с папочкой. Расталкивая спящего Сергея, она думает о том, как сильно все изменилось с тех пор, как она попросила мужа делать половину "детских" дел каждое утро: она просила и просила его до тех пор, пока он не согласился.

"Папа, больно, папа. Папа, ПАААПАААА!"

Сергей проявляет своё обычное дружелюбие и любезность, несмотря на то, что он несколько заторможен под влиянием остатков украденного у него сна.

"Все хорошо, Дима. Да, твое горло болит – когда у тебя ангина, оно именно это и делает. Но твое горло не будет болеть долго. Очень скоро тебе станет лучше, вот увидишь".

Утро идёт своим чередом, и пока Зоя упаковывает школьные завтраки для дочерей, семилетняя Катя начинает драться со старшей сестрой Полиной. Сергей на какое-то время сохраняет терпение, но в конце концов рявкает на них – несмотря на то, что он улыбается даже когда кричит. Дочки успокаиваются, и завтрак проходит в атмосфере долгожданного перемирия.

"Кто знал, что всего 15 минут практики могут настолько улучшить мое самочувствие?"

Зоя спокойна. Каждый вечер она практикует самогипноз, который позволяет ей естественным образом справляться со стрессом. Дочери уходят в школу: она целует их, провожает на улицу и убеждается в том, что они обе сели в школьный автобус. Она уже успела поцеловать Сергея на прощание. Вся ее жизнь постепенно меняется к лучшему: она стала сильнее, к ней вернулась энергия, теперь она чувствует себя здоровой и наслаждается ощущением безопасности. Она полна решимости делать дела и стремиться к своим целям, и эта решимость является куда более сильной, чем когда-либо в прошлом.

Обжигающий гнев растаял без следа, - так же, как и ощущение безнадёжности. Вслед за ним исчезло и желание каждый день выпивать полуденную порцию вина, которое в прошлом лишь усугубляло ее и так неважное самочувствие. Каждый вечер на протяжении 15 минут она практиковалась в самогипнозе, концентрируясь на ментальной репетиции: в своем воображении Зоя представляла себе, что ей больше не хочется каждый день употреблять алкоголь – она делала это до тех пор, пока привычка НЕ пить алкоголь вновь не стала для нее естественной.

Она представляла себе, как говорит со своей сестрой, не испытывая чувства стыда, и в общем итоге это мучительное ощущение исчезло. Она позвонила своей сестре Дарье, и как-то вечером они встретились. В тот вечер Сергей остался дома и присматривал за детьми. Зоя даже не успела ни о чем попросить – сестра сама предложила ей помощь! Она сказала, что на неделе она может в какие-то дни присматривать за Димой.

С того дня Зоя начала работать на своем ноутбуке в ближайшем кафе. Она воспользовалась своими старыми связями и нашла подработку в роли редактора, и теперь она работает около восьми часов в неделю. Также она работает в течение часа каждый вечер, и за эту работу ей платят вполне прилично.

Дарья посоветовала ей хорошую няню с рекомендациями, и Сергей предложил Зое регулярно устраивать "ночи свиданий" - Зое почему-то не понравилось формулировка, но в любом случае сама идея была просто замечательной! Они вновь открыли в себе страсть по отношению друг к другу. Сергей шутил: несмотря на то, что за последнее время вулкан извергался всего несколько раз, подземные потоки лавы не перестают бушевать под поверхностью болота повседневной рутины и неизбежных обязательств.

Зоя и Сергей снова стали ближе друг к другу, и они даже находили время для того чтобы встречаться с другими парами. Даже небольшие изменения принесли Зое огромные дивиденды. Научившись самогипнозу, она смогла превратить свое ощущение безнадежности в снежный ком намерений, который со временем превратился в огромную лавину перемен. Ей удалось:

  • научиться выкраивать время для того чтобы насладиться спокойствием в течение дня; 
  • научиться "выключать" ощущение паники в тот момент, когда оно зарождалось в ее сознании; 
  • отрепетировать умение проживать день за днем без потребности в выпивке до тех пор, пока привычка не пить вновь не стала для нее нормальной и естественной; 
  • практиковаться в убедительности в своем воображении в спокойной и комфортной атмосфере сеанса самогипноза до тех пор, пока она не начала спокойно воспринимать перспективу заговорить с Сергеем о помощи в утренних заботах о детях, а также пока она не начала расслабленно воспринимать возможность попросить Дарью время от времени присматривать за детьми.

Зою больше не мучило чувство вины и ощущение стыда. Да, в некоторые моменты её жизнь все ещё кажется ей трудной – у них трое детей и ипотека, которую нужно выплачивать, - однако теперь она общается с большим количеством людей, сама зарабатывает немного денег и вновь чувствует любовь к своему мужу Сергею.

Пока Дима спит здоровым сном, она думает о том, как всего нескольким незначительным изменениям удалось в корне поменять всю ее жизнь. Она включает компьютер и решает сделать дополнительный объем работы, потому что Дарья в любом случае не придет сегодня посидеть с ребёнком.

Перед тем, как приступить к работе, она смотрит на Диму. Она любуется его мягким личиком и деликатными ручками идеальной формы, и внезапно ее накрывает волна головокружительной радости.

"У нас все будет хорошо!" - говорит она вслух, и в ее голосе слышится сила и лёгкость.



Рекомендуем статью:

Позвоните нам!
Ваш заказ готов к оформлению
Личный кабинет
Вам будет доступна история заказов, управление рассылками, свои цены и скидки для постоянных клиентов и прочее.
Ваш логин
Ваш пароль
+7 (903) 726-05-38
+7 (903) 202-21-12